«Тетрадь дружбы Нацумэ 2» — сложно представить, что нечто, столь наполненное душой и теплом, столь выразительное и затрагивающее самые тонкие струнки в сердце – это произведение даже не одного человека, а группы людей. Такое можно вырастить только в своей душе, при этом беря ответственность за каждый росток и искренне его любя, прежде чем делиться им с другими. И это внутреннее ощущение, удивительное соединение чувств и мыслей необходимо еще правильно представить в виде образа, чтобы донести до других людей, не допуская при этом ни капли из того, что можно передать только с помощью особых способов — телепатии, эмпатии, используя исключительно для этого путь через органы чувств и разум. И даже не бога аниме – если он существует, то думает зачастую о всякой ерунде, — нет, того самого главного Создателя, который вдыхает жизнь и душу в вещи и тела, дарит всех любовью, не различая агнцев и тигров, ёкаев и людей, утешает в боли и утишает испепеляющие страсти, от которых остаётся в сердце лишь выжженная пустыня. Если этот всепрощающий и любящий Бог есть, то именно он создал «Тетрадь Дружбы» вместе со всеми её обитателями, наделил каждого жизнью и чувствами, и сполна дал им того, что есть в человеческом мире — тепла и отсутствия тепла, добра и отсутствия добра, любви и отсутствия любви.
Можно пересказать сюжет этого аниме, но в этом нет смысла. Как передать словами чувства, которые оно вызывает? Осенняя грусть и прозрачная печаль, как утренний туман. У тебя возникает чувство, что кто-то находится рядом, на расстоянии теплоты, и ты можешь ощущать его, если освободишься от коры эгоизма. Но в то же время ощущается холодность, которая является холодным оттенком серого одиночества. Неумолимое течение времени, которое меняет улыбку счастья на улыбку сквозь слёзы. Краткий, мучительный миг расставания, когда дыхание, кажется, замерло в твоей грудной клетке и следом больше не будет ничего, — и долгие дни с кем-то, с кем ты расстанешься, и неотвратимость этого конца придаёт вкус горечи твоей радости, но, в то же время, делает её по-особенному значительной, как последние секунды перед увяданием цветка, когда он испускает самый сильный аромат. За расставанием что-то будет ещё для обоих – новое горе и новое счастье, но больше никогда они не соприкоснутся, и не сойдутся их пути, и все совместно пережитые счастливые минуты станут прошлым, но останутся в воспоминаниях. Есть те, чьи жизненные дороги так тесно сплетены с твоей, что кажется — это навечно. Ничего вечного нет, но всё равно, чувство, что ты не одинок, и есть кто-то рядом с тобой – драгоценно. Иногда оно настолько привычно, что перестаёшь замечать, какое тебе выпало счастье – быть с кем-то вместе, а не влачить жалкое существование одиночки с холодной пустотой внутри и снаружи. И только лишившись его в силу каких-то причин, либо чувствуя, как Нацумэ, постоянную угрозу утраты, начинаешь ценить его по-настоящему, быть благодарным, а не принимать как должное, и полностью отдаваться времени, прожитому без одиночества.
Нацумэ представляет собой аутентичную личность с цельным характером, в котором отсутствуют те крайности, что обычно делают персонажей неестественными и вызывают антипатию у зрителей. В его натуре удивительным образом сочетаются противоположные качества: он способен глубоко чувствовать, но не впадает в излишнюю сентиментальность; его душевная ранимость не перерастает в слабость духа; искренняя доброта не превращается в приторную слащавость. Благородство его натуры проявляется в готовности жертвовать собой, но без фанатичного самоотречения. Отзывчивость не мешает ему сохранять личные границы, а наивность не граничит с глупостью. Он демонстрирует здоровый баланс между заботой о себе и окружающих, твёрдо стоит на своих принципах и проявляет упрямую решительность, когда дело касается его убеждений. Даже перед лицом страха Нацумэ находит в себе силы поступать так, как подсказывает ему совесть. Нацумэ умеет испытывать грусть, не погружаясь при этом в уныние. Когда обстоятельства требуют избавления мира от бездушного духа, он действует решительно и без лишней сентиментальности, ведь безопасность близких для него превыше всего. Однако если речь идёт о ёкае или ином существе, способном на настоящие чувства и переживания, Нацумэ не сможет остаться в стороне — он обязательно придёт на помощь, пусть даже это сулит ему серьёзные неприятности. Его натура не позволяет проявлять равнодушие к чужой беде. Пусть выбранный им путь тернист и полон утрат — он всё равно остаётся правильным. Ведь именно на этом пути происходят судьбоносные встречи, появляются попутчики, становящиеся верными друзьями, а вслед за расставаниями приходят новые знакомства. В его жизни печаль и радость неразделимы, они существуют в неразрывной связи друг с другом. Но пока рядом есть те, кто разделяет этот путь, всё непременно будет хорошо. В этом Нацумэ уверен твёрдо.