Послевоенный мир был ужасен.
Суровые условия и постоянные проявления самых извращенных сторон человеческой натуры могли заставить даже самого оптимистичного человека потерять волю к выживанию.
Никто бы в это не поверил. Помня об этом, я встретил Эмму, молодую девушку, которая заявила, что она военный робот. Она попросила пойти со мной и предложила отдать мне все, что у нее есть.
Эмма была странной, не отличалась здравым смыслом. Она всегда была бесстрастна и говорила, что секс - это способ снять стресс. Она даже сама инициировала физический контакт со мной и сказала, что привыкла к этому...
Через что ей пришлось пройти и что она скрывала?
После того, как я провел некоторое время с Эммой, она постепенно стала выглядеть по-другому. Постепенно в глазах Эммы появилась печаль, и я начал наслаждаться ее обществом, на время забыв о том, что я все еще нахожусь в эпицентре страшного суда.
Приближались страдания. Должны ли мы встретиться с ними лицом к лицу или сбежать? Физический и психологический выбор, который нам пришлось сделать, был трудным.
Можем ли мы действительно обрести надежду в этот отчаянный судный день?
Суровые условия и постоянные проявления самых извращенных сторон человеческой натуры могли заставить даже самого оптимистичного человека потерять волю к выживанию.
Никто бы в это не поверил. Помня об этом, я встретил Эмму, молодую девушку, которая заявила, что она военный робот. Она попросила пойти со мной и предложила отдать мне все, что у нее есть.
Эмма была странной, не отличалась здравым смыслом. Она всегда была бесстрастна и говорила, что секс - это способ снять стресс. Она даже сама инициировала физический контакт со мной и сказала, что привыкла к этому...
Через что ей пришлось пройти и что она скрывала?
После того, как я провел некоторое время с Эммой, она постепенно стала выглядеть по-другому. Постепенно в глазах Эммы появилась печаль, и я начал наслаждаться ее обществом, на время забыв о том, что я все еще нахожусь в эпицентре страшного суда.
Приближались страдания. Должны ли мы встретиться с ними лицом к лицу или сбежать? Физический и психологический выбор, который нам пришлось сделать, был трудным.
Можем ли мы действительно обрести надежду в этот отчаянный судный день?