Дискурс вокруг этого произведения создает стойкое впечатление, что-то где-то в процессе своего развития человечество утеряло способность к сопереживанию. Люди просят сюжета, лора, прописанности мира и персонажей, как будто в этих элементах кроется секрет создания интересного произведения. Но это подход человека, требующего ударить его посильнее из-за толстого слоя брони. Только не имеющая со зрителем никакой связи история нуждается в резких сюжетных поворотах и загадках, дабы хоть чем-то его цеплять. Если же таковая связь имеется, зритель может быт увлечен простейшими вещами, вплоть до множественных неудачных попыток персонажа завязать шнурки. Само собой, мы не можем сполна погрузиться в переживаемые персонажем страх, боль и стресс. Между читателем и персонажем всегда будет некоторый градус сепарации. Но над снижением этого градуса должны работать как автор, так и аудитория. И автор в данном случае прекрасно с данной задачей справился. Он приблизил читателя к переживаемым протагонистом приключениям достаточно близко, чтобы тот мог оставаться в стойком напряжении и с нетерпением ждать развязки текущей арки до самого финала событий. При таком приближении, при такой интимности между читателем и протагонистом истории больше не нужно исхитряться. Достаточно, чтобы повествование было крепким, и не отступало от центральной темы. С крепостью тут все просто великолепно. Иногда даже хочется, чтобы история местами была подлинней. Впрочем, большая часть оставленных моментов всплывает в послесловии. А основную тему можно свести к упорству, исходящему из желания познать собственные пределы. Эта довольно простая тема, но только на интеллектуальном уровне. А данная история не интеллектуальна, она индуктивна. Читателю предлагается пережить это упорство вместе с протагонистом, глядя на историю его глазами. И доведение возможности испытания подобного опыта до столь реальной формы - это, на мой взгляд, огромное достижение.

Многие комментарии относительно перипетий героя рассматривают их через мета-перспективу: мы, мол, знаем, что с ним ничего не будет, ведь у него сюжетная броня. Но это как раз и указывает на то, что читатели отказываются выполнять свою часть работы по погружению в происходищее. Все протагонисты подобных историй покрыты сюжетной броней. Для абстрагирования от ее присутствия у нас имеется механизм подавления неверия. Можно так же услышать, что герой и так самый сильный, что ему ничто не угрожает. Но это мы, читатели, предполагаем, что протагонист сильнее того или иного противника. Ему об этом знать неоткуда. И история раз за разом демонстрирует, что данное предположение носит спекулятивный характер. Если бы герой пришел в свое первое личное подземелье без оружия, его бы съели волки. Если бы он не догадался задушить босса этого подземелья, его бы размало по стенке. Если бы Игрис не отбросил своего меча, его шансы на победу были бы абсолютными. И проиграл он в итоге из-за стечения обстоятельств, а не условной крутизны героя. Даже после обретения своей армии герой не становится неуязвимым. То же самое сражение с армией монарха белого пламени шло вровень, опасно кренясь в пользу противника.

Собственно, по поводу армии. Ее появление открывает вторую по важности тему произведения - тему ответственности. У человека со столь широкими возможностями были открыты любые перспективы. Он мог бы стать главой самой крупной гильдии. Мог бы стать самым богатым и влиятельным человеком на свете. Мог быпросто предаться праздному угару, вытворяя что только вздумается. Вместо этого он свел свою экспозицию к минимуму, а подконтрольных воинов использовал исключительно с целью защиты семьи, нации, а позже и человечества. Среди всех встречавшихся мне манхв подобного рода это, пожалуй, самый сдержанный и сознательный из протагонистов. В истории даже имеется сцена, в которой он просит разрешения на зачистку подземелья у лидера уже провалившегося рейда, так как не желает заниматься хищничеством. К слову, еще один момент, на который многие глядят из отстраненной позиции, будто герой знает, что он в художественном произведении, и хочет лишний раз выпендриться. Это насколько далеко нужно находиться от духа проивзедения. Персонаж просто поступает в соответствии со своим характером. Он просто хороший человек. И с Андре он сцепился, потому что был зол за своего друга. И в другие гильдии не стал вступать, чтобы сохранить свободу поступать в соответствии со своими идеалами.

Хотелось бы написать пару слов похвалы в адрес прочих персонажей, но подчеркивать тут особо нечего. Они просто хорошо выдержаны, как и все остальное в этом произведении. Появляются, когда нужно, присутствуют, сколько нужно, имеют свои жизни вне показанных событий и занимают по отношению к ним самые разные роли. Надо сказать, я был несколько расстроен, когда первые две встреченных героем девушки просто исчезли из его жизни, а третья прикрепилась сильно позже и на некотором отдалении. В целом несколько непривычен такой высокий темп, когда история разрешает себя без оглядки на тех, сквозь чьи судьбы пролетает. Но, как показывает цельность конечного результата, выходит, что можно и так.




В довершение замечу, что литературный анализ в строгой форме есть бессмысленное занятие, выхолащивающее содержание произведения ради сухой интерпретации его формы. Ценность лучших из историй нельзя выразить никакими словами. Оказываемое ими влияние носит слишком тонкий характер. И для постороннего, не вдающегося наблюдателя такие истории всегда будут выглядеть чем-то поверхностными и несерьезным. Но такие вот несерьезные истории и есть то золотое дно, в котором кроются наиболее крупные залежи неожиданных впечатлений.